"
тел. 8 (495) 682-54-42
  
Книги по психологии
профессионалам - необходимы
остальным - интересны
СИЛА ВЕЩЕЙ

Из книги: Жизненное пространство семьи: объединение и разделение
Нартова-Бочавер С. К., Бочавер К. А., Бочавер С. Ю.

Сила вещей

Культовыми для некоторых социальных групп могут быть разные предметы — для слоя яппи, например, — часы, мобильные телефоны или спортивные принадлежности, для жителей Испании или Кавказа — нож, кинжал и т.п. Боевое оружие часто имело еще и собственное имя, как, например, пушка Большая Берта. Для женщин символический смысл, безусловно, имеют одежда и особенно драгоценности, которые не только не играют никакой функциональной роли, но иногда даже могут приводить к несчастным случаям. Кольцо или браслет могут зацепиться, бусы — рассыпаться, то есть драгоценности как физические объекты скорее обременяют жизнь, но только кому же придет в голову рассматривать их со стороны плотности, мягкости, степени выступания за контуры тела? Это всегда излишество; драгоценности служат любви и красоте.

Материальная атрибутика характерна для любого типа обществ, объединенных одним уставом, одной целью, одной верой или одними правами. Сословная атрибутика часто следовала за модой, поэтому в девятнадцатом веке в Москве или Петербурге по трости и цилиндру можно было издалека понять, что перед вами аристократ, а не военный или, скажем, станционный смотритель. В казацком войске повсеместно в ходу были табачные трубки, «люльки», а серьгами выделялись единственные сыновья в семье (их было принято беречь, и атаманы старались не ставить их в авангард, чтобы те вернулись домой целыми и невредимыми). На протяжение столетий дворянскими атрибутами было разнообразное оружие, от мечей, получавших имена (Ехидна викинга Эгиля или Дюрандаль рыцаря Роланда) до шпаг. Статус и групповую принадлежность, так легко определяемую петлицами и погонами в армии, раньше подчеркивали и люди мирных профессий. Например, монашеские ордена всегда различались формой одежды (посмотрите, как выглядели капуцины, кармелитки, доминиканцы), цветом поясов. Разумеется, не только одежда отвечала этим различительным целям. Православные священники не брили бороды, католические выбривали тонзуру, военные не отращивали волосы, чтобы они не мешали в бою, дамы практически всех культур и времен не носили волосы распущенными.

Помимо функциональности и эстетичности, что, впрочем, тоже важно для любого человека, вещи иногда наделяются ирреальными свойствами: могут представлять угрозу смерти, обладать силой, становиться оберегами и талисманами. Опять же, появление этих свойств связано с тем, как они воспринимаются обладателем предмета. Но если любимый карандаш начинает «отвечать» за успех на экзамене, понятно, что его пропажа повлечет за собой провалы и отчисление. Поэтому сверхпривязанность к материальным предметам, как, впрочем, и ко всему на свете, может иметь для человека разрушительные последствия, и лучше не делать продукты человеческой деятельности партнерами по жизни.

Очевидно, что владение вещами, взаимодействие с ними, намерение их приобрести или отказ от этого намерения представляет собой один из способов стихийной психотерапии, действенность которой была доказана не только наблюдениями, но также и экспериментально. Вернемся к опыту, который мы уже вспоминали. Л.А. Китаев-Смык, изучавший поведение космонавтов в условиях гравитационного стресса и деприваций, поскольку они жили в ограниченном пространстве в течение нескольких недель, обнаружил, что, помимо уединения в «укромном убежище», ресурсом самоподдержки космонавтов является и обращение к «несметным сокровищам». Космонавт Б. переживал приятные чувства, когда раскрывал шкафчик для личных вещей. «В какой-то степени невольно для себя он это делал так, чтобы А. не видел содержимое этого шкафчика. Б. ловил себя на том, что перебирать и рассматривать свои личные вещи незаметно для А., даже без особой необходимости, стало приятным для него особенно при ухудшении самочувствия в ходе эксперимента. Мысленно он сравнивал себя со скупым рыцарем, тайно перебирающим свои богатства. Пристрастия к таким действиям с этими же самыми «личными вещами» ни до, ни после многосуточного эксперимента испытуемый Б. за собой не замечал» (Китаев-Смык, 1983, с. 311).

В мировой культуре символический смысл посланий на языке вещей рассматривался всегда как особо выразительный, обладающий многими нюансами. Притчи и народные сказки давно используют этот язык. Вещи могут отражать меру самоуважения и духовной развитости субъекта («Вау-импульс» у В. Пелевина), а могут участвовать в открытии экзистенциальных сущностей и предназначения в жизни (в произведениях Дж.Р.Р. Толкиена это кольцо как символ власти («Властелин колец»), звездочка как знак предназначения и личной ответственности («Кузнец из Большого Вуттона»)).

Эта статья была опубликована 21 мая 2012 г..
Поиск книг
по названию
по автору
по издательству
 
Вход




Действующая скидка
Отрывки из книг
Межрегиональная Ассоциация психологов-практиков "Просто Вместе"

АНО «Больничные Клоуны»