"
тел. 8 (495) 682-54-42
  
Книги по психологии
профессионалам - необходимы
остальным - интересны
АКТИВНОЕ СЛУШАНИЕ

Из книги: Общение с ребенком: тренинг взаимодействия. Павлов И.В.

Активное слушание

Компьютер! Хочу компьютер!

Илюша, ты в своем уме?

Дед Мороз не носит компьютеры под елку!

Мама с сыном в магазине

Иногда взрослые в общении с детьми слишком много гово­рят, пытаясь оценить их поведение, преподать им какой-нибудь урок или заставить их самих замолчать. При этом часто игно­рируется содержание сообщения ребенка, обесценивается или неправильно интерпретируется. Многие взрослые просто не умеют выслушать ребенка или не желают этого делать. Им ка­жется, что дети ничего существенного сказать не могут, осо­бенно маленькие. Вместо попытки понять действительный смысл сказанного ребенком взрослые часто реагируют «авто­матически». Среди таких автоматических реакций психолог Т. Гордон называет приказы, команды, предупреждения, угро­зы, нравоучения, прямые советы и готовые решения, «лекции», критику и обвинения, высмеивания и т. д. Автоматизм вообще присущ взрослым во всем, что касается воздействия на детей.

Среди распространенных ошибок, которые допускают взрослые в общении с детьми, здесь можно назвать следу­ющие:

       Взрослые перебивают ребенка, не дают ему высказать
        свою мысль до конца.

       Взрослые автоматически реагируют на сказанное ре­бенком.

       Взрослые обесценивают сказанное ребенком.

       Взрослые занимают позицию доминирования над ре­бенком, подчеркнутую также и своим расположением по отношению к нему—как правило, взрослые не счи­тают нужным опускаться до уровня пространственно­го расположения ребенка, чтобы выслушать его.

Поэтому третьим важным элементом психологически грамотного общения с детьми, которому взрослые учатся на тренинге, является активное слушание ребенка.

Но почему активное слушание важно в общении с людь­ми, не только с детьми? Потому что оно способствует луч­шему взаимопониманию и адекватной «расшифровке» со­общений нашего собеседника. Неправильное понимание другого человека зачастую разрушает или существенно осложняет наше общение с ним. С помощью активного слу­шания мы пытаемся понять, что действительно хочет пере­дать нам собеседник.

Например, ребенок говорит взрослому: «У меня другие дети забрали игрушку!» На что взрослый может ответить: «Я их сейчас накажу» — он понял, что именно этого хочет ребе­нок. Но насколько верно взрослый «расшифровал» послание ребенка, его жалобу? Например, ребенок далее может ска­зать: «Я хочу другую игрушку». Получается, что он хотел со­общить взрослому о том, чтобы тот дал ему или позволил взять новую игрушку, а не о том, чтобы взрослый наказал обидчика. Взрослый ошибся с интерпретацией сообщения ребенка. Вместо того чтобы уточнить, правильно ли он по­нял ребенка, он сразу сделал вывод и начал действовать. По­лучается, он «неправильно» услышал ребенка. Еще хуже, когда взрослые просто отмахиваются от детей и даже не пыта­ются их услышать: «Сам виноват, что забрали!», «Иди и дай сдачи!», «Решайте свои проблемы без меня», «Я же тебе не жалуюсь» и т. п. Это и есть не что иное, как автоматические реакции.

Активное слушание помогает взрослому «остановиться», попытаться.понять ребенка и лишь затем реагировать на услышанное. В противоположность автоматическим реакци­ям, активное слушание — умение, требующее определенных усилий и временных затрат от взрослого, которое не может протекать неосознанно, механически. Оно является полно­ценной коммуникацией с предоставлением ребенку обрат­ной связи о его чувствах, переживаниях и эмоциональных состояниях. Т. Гордон называет активное слушание «откры­той дверью» во внутренний мир ребенка.

Основная функция активного слушания — объективиро­вание в речи чувств, переживаний и потребностей ребен­ка, уточнение адекватности их восприятия взрослым и де­монстрация ребенку его безоценочного принятия. В ак­тивном слушании мы вновь делаем акцент на «Я» ребенка, а не на собственном. Общаясь с ребенком, нам важно по­нять, что он чувствует, переживает, какую мысль хочет до нас донести. Мы демонстрируем заинтересованность в том, чтобы узнать, что ты,

        ребенок, чувствуешь;

        ребенок, переживаешь;

        ребенок, думаешь;

        ребенок, хочешь мне сказать.

Местоимение «Ты» указывает на принадлежность пере­живаний и суждений ребенку и на направленность нашего внимания. Поэтому активное слушание всегда начинается с «Ты-сообщения».

Если вернуться к предыдущему примеру:

Ребенок: «У меня другие дети забрали игрушку

Взрослый: «Ты очень зол на них за это?»

Ребенок: «Да».

Взрослый: «Хочешь, чтобы я вернул тебе игрушку и нака­зал их?»

Ребенок: «Нет. Я хочу другую игрушку».

Получается, что активное слушание — это не более чем последовательное уточнение или проверка правильности нашего восприятия послания ребенка. Но это не единствен­ная его функция, как может показаться на первый взгляд. Благодаря активному слушанию и отражению чувств, пе­реживаний и мыслей ребенка мы помогаем ему в них луч­ше сориентироваться, глубже понять собственный внутрен­ний мир и свои потребности. В таком общении ребенок получает опыт безоценочного принятия и доверительного раскрытия.

Рассматривая активное слушание как необходимое условие родительской эффективности, Т. Гордон говорит о том, что благодаря ему дети начинают меньше бояться сво­их негативных чувств. Ведь если взрослые принимают и не оценивают их чувства, дети понимают, что имеют права на их переживание. Кроме того, активное слушание создает ощущение теплоты между ребенком и взрослым, облегча­ет решение проблем ребенка, дает ребенку образец полно­ценного диалога и помогает самому научиться быть вни­мательным к чувствам и потребностям другого человека. И пожалуй, самое важное в активном слушании то, что оно «оставляет мяч» у ребенка, то есть последнее слово всегда остается за ним, а не за взрослым, который обычно закан­чивает беседу с ребенком каким-нибудь готовым советом, оценкой или назиданием. В активном слушании взрослый пытается глубже понять ребенка и, демонстрируя ему свое понимание, помогает ему лучше разобраться в самом себе и своей проблеме. Иногда этого достаточно, чтобы ребенок сам нашел пути решения своих трудностей.

Существует несколько способов продемонстрировать на­шему собеседнику, в том числе и ребенку, что мы располо­жены его слушать и попытаться понять. Многие из них мы применяем ежедневно в общении с самыми разными людь­ми, начиная от простого «угуканья» во время долгой теле­фонной беседы или слушая рассказ коллеги и заканчивая сложными речевыми построениями вроде: «Я представляю, что ты сейчас чувствуешь», «То, что ты мне рассказал, и правда очень интересно», «Мне кажется, я понимаю, о чем ты говоришь» и т. д.

Конечно, все многообразие таких способов активного слушания нельзя алгоритмизировать и заучить в виде вол­шебных формул. Да это даже и не требуется от взрослых. Поэтому «формулы» учить на тренинге мы не будем, а по­пробуем создать в паре с собеседником условия активного слушания и проиграть их. Одно из таких условий касается пространственного расположения участников диалога от­носительно друг друга. Второе условие активного слуша­ния — это умение дать собеседнику обратную связь. Сде­лать это можно с помощью нескольких приемов, опять же часто нами используемых интуитивно, таких как: «Эхо», «Перефразирование» и «Зеркало чувств». Данные приемы активного слушания также станут предметом рассмотрения и освоения на тренинге.

***

В этом и предыдущем разделах мы описали несколько ви­дов обратной связи. С ее помощью мы даем оценку поведе­нию и деятельности ребенка и демонстрируем ему свое ак­тивное слушание. Для этого, в зависимости от целей обратной связи, мы используем либо «Я-сообщения», либо «Ты-сообщения». Для того чтобы еще раз понять их разли­чие и сферу применения, рассмотрим принцип принадлеж­ности проблемы, описанный Т. Гордоном.

Кому может принадлежать проблема? Конечно, взрос­лым, скажут многие. Другие добавят, что ребенок — это и есть главная проблема взрослого. Тем не менее есть про­блемы, которые возникают у детей и касаются только их. Если взрослые эти проблемы присваивают себе, это гово­рит о нарушении личностных границ в общении с детьми, отождествлении взрослого с ребенком и его зависимости от ребенка. Поэтому важно различать носителя проблемы. Проблема принадлежит взрослому, когда поведение или отдельный поступок ребенка затрагивает его интересы или вызывает негативные эмоции, например ребенок разбра­сывает по квартире свои вещи, перебивает вас, грубит, не желает вовремя ложиться спать и т. д. Во всех этих случаях реакция взрослого в большинстве случаев негативна —это раздражение, досада, гнев и злость в отношении ребенка. Взрослый начинает активно пытаться повлиять на ребенка с целью изменить его поведение и справиться с собствен­ными негативными чувствами.

Но проблема принадлежит ребенку, когда не затрагива­ет напрямую интересы взрослого. Например, ребенок по­ссорился с другом, обиделся на учительницу, не справился с домашним заданием или не сумел достичь высокого ре­зультата в какой-то деятельности. Тогда у него появляются негативные переживания и потребность справиться с ними, как-то повлиять на ситуацию или свое отношение к ней.

Это различение «носителя» проблемы очень важно пони­мать, хоть оно и довольно условно. Иногда взрослые воспри­нимают неудачи ребенка на свой счет и испытывают по это­му поводу негативные переживания. Например, ребенок не может выполнить на высоком уровне какое-то задание, и взрослый начинает сердится. Он присвоил проблему ребен­ка себе. Она затронула его личный интерес — стремление быть родителем или педагогом успешного ребенка.

Но различать два типа проблем — проблему ребенка и проблему взрослого — важно для того, чтобы уметь грамот­но на них реагировать. В первом случае, когда проблема принадлежит взрослому и затрагивает его «Я», взрослый ис­пользует для решения конфликтной ситуации «Я-сообщения», ставя акцент на своих переживаниях, чувствах по по­воду поведения ребенка и мерах, которые ему придется применить к ребенку.

Во втором случае взрослый использует активное слуша­ние и обратную связь в виде «Ты-сообщения». Ведь пробле­ма принадлежит ребенку, и акцент ставится на его «Я».

Проще говоря, мы открываем перед ребенком свой внут­ренний мир переживаний (говорим о своем «Я» с помощью «Я-сообщений»), когда его поведение затрагивает нас. И мы открываем ребенку его внутренний мир (говорим о его «Я» с помощью «Ты-сообщений»), когда пытаемся разобраться, что он хочет нам сказать, что чувствует и переживает, ког­да оцениваем его усилия и деятельность.

Эта статья была опубликована 19 января 2010 г..