"
тел. 8 (495) 682-54-42
  
Книги по психологии
профессионалам - необходимы
остальным - интересны
ВВЕДЕНИЕ К КНИГЕ "БАРЬЕРЫ, БЛОКАДЫ И КРИЗИСЫ В ГРУППОВОЙ РАБОТЕ"

Из книги: Барьеры, блокады и кризисы в групповой работе: Сборник упражнений. Фопель К.

Введение

 

            Предложенные в этой книге упражнения могут стать хорошим подспорьем для ведущих интерактивных групп любого типа. Их использование в учебных, рабочих, тренинговых и терапевтических группах способствует развитию группового процесса и повышению эффективности групповой работы.

            Что касается развития группового процесса, то все мы хотели бы, чтобы он характеризовался:

¨      доверием и уважением участников друг к другу

¨      наличием общих целей и совместной работой участников по продвижению к ним

¨      балансом между структурированностью и спонтанностью групповой работы

¨      взаимной поддержкой участников, появлением у них мудрого отношения к вопросам власти и любви

¨      принятием участниками ответственности за свою работу в группе

¨      сочетанием внутренней сплоченности группы и ее открытости внешнему миру

¨      установлением гласных и негласных правил, способствующих  эффективной работе группы

¨      выработкой оптимального рабочего ритма

¨      отношением участников к ошибкам, недоразумениям и конфликтам как к возможностям своего дальнейшего роста.

 

Все это отличает интерактивные группы от традиционных учебных и рабочих групп,  для которых характерны:

¨      жесткая  иерархическая структура;

¨      непререкаемый авторитет руководителя;

¨      сверхзначимость групповой задачи;

¨      стремление участников избегать ошибок;

¨      приоритет дисциплины и результата над спонтанностью;

¨      наличие в групповой культуре борьбы за власть и конкуренции.

 

Конечно, процессуальные изменения происходят и в традиционных группах, но там они игнорируются или искусственно подавляются. "Статичные" группы были уместны и даже желательны в средневековых монастырях, в школах нового времени, на предприятиях индустриального общества. До сих пор подобные группы можно наблюдать, например, в военной сфере, - короче говоря, там, где существует страх перед спонтанностью и стремление использовать человеческий потенциал только выборочно.

Сегодня, в постиндустриальном обществе, мы считаем, что умение учиться важнее получения готового знания, ценим интуицию больше, чем коэффициент интеллекта, и хотим, чтобы в нашей команде были люди, обладающие мужеством и готовностью к риску.

Интерактивные группы лучше всего соответствуют этим представлениям, так как в них акцент делается на сотрудничестве и коммуникации. Мы хотим, чтобы участники открыли свои ресурсы и взаимодействовали, учась друг у друга. Ведущий при этом становится скорее еще одним ресурсом группы, чем просто авторитетной фигурой. Успех в значительной степени оценивается всей группой; важно, чтобы каждый был доволен; ошибки и конфликты рассматриваются как возможность научиться чему-то новому. И какой бы ни была направленность  интерактивной группы  (обучающей, терапевтической, связанной с решением практической задачи), главной и наиболее востребованной целью групповой работы становится искусство спонтанного и творческого поведения.

Впрочем, в интерактивных группах спонтанное поведение тоже не является чем-то само собой разумеющимся. В ходе групповой работы возникают различные трудности, большая часть которых несет в себе угрозу спонтанности и креативности. Наибольшую проблему представляет переживание участниками стресса и тревоги, которое  приводит к тому, что ресурсы группы  используются не полностью, и групповой процесс нарушается. Что мы как ведущие можем сделать в таких ситуациях?

 

Замечать нарушения и сообщать о них

            Поведение ведущего является для участников своеобразной моделью. Это относится и к работе с проблемами. Я  всегда держу в центре внимания особенности взаимодействия участников и наблюдаю за тем, как мое тело реагирует на происходящее.  Я замечаю, когда я нахожусь в напряжении, когда зеваю, когда у меня болит голова и т.д. В таких случаях я всегда задаю себе вопрос: что хочет сообщить мне мое тело?  Очень часто оно говорит мне, что я слишком напряжен и что в группе тоже не все идет гладко, потому что существует какая-то проблема, которая остается невыраженной и непроработанной. Другими словами, мое тело сообщает мне о том, что в групповом процессе возникли какие-то “помехи”, и я могу рассказать группе о своих ощущениях, например: “Я замечаю, что с определенного  момента чувствую напряжение. Может быть, такая проблема существует только у меня одного, а может быть, и другие испытывают что-то подобное… Как вы думаете, что именно происходит в группе? Может быть, мы все что-то скрываем друг от друга?»

            Очень рекомендую с самого начала ввести в группе правила, предложенные Рут Кон: “Обращай внимание на язык тела” и “В первую очередь – работа с проблемами”. Это поможет группе быстрее идентифицировать и устранить часть трудностей.  Если кто-то чувствует напряжение или скуку, испытывает боль, сильные эмоции, отвлекается, так что не может сконцентрироваться на групповой работе, хорошо, если он сообщит об этом: “Меня задело замечание Каролы…» или «Сейчас я хотел бы находиться  в другом месте…”.  В таком случае группа получит возможность поработать с тем, что стоит за этим высказыванием.

            Конечно, я как ведущий не всегда дожидаюсь появления настораживающих телесных симптомов. Часто мой опыт помогает мне сразу увидеть возникшую трудность и понять ее причины. Лучший, с моей точки зрения, индикатор появления помех в групповом процессе – спад интереса к работе со стороны участников и недостаток спонтанности их поведения, к чему я и хотел бы обратиться в дальнейшем.

 

“Доверчивые” и “осторожные” группы

            В начале работы участники группы, в основном, робки и не очень спонтанны. Когда они знакомятся друг с другом поближе, начинают доверять ведущему и групповой процесс становится более продуктивным,  в поведении группы наблюдается все большая спонтанность: мы видим выразительные лица, участники смотрят друг другу в глаза, позволяют себе проявлять истинные чувства:  смеются, плачут, выражают гнев.  Тела расслаблены и подвижны, свободны в движениях. Мы можем наблюдать, что два или три участника отражают позы друг друга или синхронизируют свои движения, что время от времени участники касаются друг друга; что иногда кто-то пересекает комнату, чтобы обнять другого и т.д. Поведение участников конгруэнтно – выражение лиц и позы соответствуют тому, что они говорят. Они интересуются друг другом, показывают, что другие люди для них значимы и ценны.  Они готовы идти на риск, потому что доверяют партнерам. Участникам и ведущему групповая работа в такой ситуации представляется живой, интересной,  важной, продуктивной и порой глубоко волнующей.

            Совсем по-другому выглядит «осторожная” группа. Участники ведут себя скованно или суетливо, уклоняются от физического контакта  друг с другом. Намного реже происходит контакт глаз, взгляд часто опущен вниз или направлен на дверь или окно. Лица становятся напряженными или усталыми. Можно увидеть скрещенные руки и ноги, тела напоминают статуи – они неподвижны. Если все же допускается какой-то жест, то он выглядит странно неуместным. В комнате ощущается холодность и напряжение. Часто один-два участника доминируют в разговоре, а остальные ведут себя поразительно сдержанно. Коммуникация несвободна, сообщения носят неопределенный и абстрактный характер, полны обобщений и клише. Часто поведение участников неконгруэнтно, высказывания становятся неискренними, имеющими “второе дно”. Все происходит вязко, медленно и  без увлеченности. 

            Никому не нравится быть в такой ситуации – ни участникам, ни ведущему, потому что такая “застывшая” группа неинтересна, она вселяет напряжение и скуку. Присутствующие как бы говорят: “Зачем я здесь? Я просто трачу время. Кто же, наконец, осмелится «сломать лед» и показать свое недовольство?”

            В такой ситуации желательно, чтобы ведущий помог участникам выразить и обсудить возникшие у них трудности.

 

Работа с сопротивлением

            Я хорошо помню свой первый опыт участия в психологической группе. Ведущим  был известный психоаналитик, участниками - терапевты и социальные работники. Все мы опасались выражать себя, говорить о своих чувствах, затрагивать в разговоре личностно значимые темы. Наш молчаливый ведущий, к сожалению, сам задавал такую модель поведения. Как и нам, ему не хватало спонтанности. В результате агрессия и страх накапливались. Во время перерыва мы обсуждали, кто дольше будет терпеть эту ситуацию - мы или наш ведущий. Втайне я подумывал о том, чтобы покинуть группу, поскольку ожидал от нее совсем другого. Позже я был очень рад, когда получил возможность поработать в группах встреч, на гештальт-семинарах, в психодраматических группах, где было намного больше спонтанности.

            С течением времени укрепилась моя убежденность в том, что в любой группе слишком высокая степень страха непродуктивна. Если участники чувствую напряжение и скованность, они все больше и больше закрываются и теряют желание идти на риск. Межличностная открытость, обратная связь, прямое выражение чувств и честность – все становится возможным, когда участники чувствуют себя уверенно, ощущают, что группа дает им поддержку.

            Поэтому необходимо заботиться о том, чтобы в группе развивалась доверительная атмосфера, в которой можно обсудить возникающие трудности, открыто выразить сопротивление. Если группа работает живо, естественно и оказывает поддержку участникам, то все они могут проявлять себя и развивать свой потенциал, становиться более уверенными, остроумными, чувствительными, любящими и мужественными.

 

Спонтанность и стагнация

            Умение вести себя спонтанно – одно из важнейших для человека. Без этого мы не могли бы быть “живыми” в любви, в общении, в творчестве и решении проблем. Без спонтанности мы не можем приспосабливаться к постоянно меняющейся жизни. 

            Значение спонтанности для людей помогающих профессий долгое время недооценивалось. Однако  многие психологи отмечали особую роль этого качества в жизни человека. Дж. Морено, основатель психодрамы, социометрии и современной групповой психотерапии, считал спонтанность основной жизненной силой, которая “вдохновляет” чувства, мысли, действия и творчество.

            В гештальт-терапии значение спонтанности открыли Фриц Перлз и Пол Гудман,  считавшие, что жизнь “здесь-и-теперь” важнее, чем сосредоточенность на прошлом или фокусирование на будущем.

            Создание и развитие  групп встреч также было попыткой вернуть спонтанность и импровизацию в повседневную жизнь.

             Несколько иное развитие этой темы  мы можем наблюдать в семейной терапии, а также у Милтона Эриксона. Здесь мы снова встречаемся с положением о том, что умение гибко реагировать на складывающуюся в группе ситуацию предпочтительнее жесткого следования теории, а также обнаруживаем важный новый принцип, согласно которому внутренние проблемы каждого человека преодолеваются наилучшим образом за счет его собственных ресурсов, активизировать которые и помогает психотерапевт.

            В последнее время  на значение спонтанности и импровизации указывал Брэдфорд Кини. В своей небольшой работе “Ресурсно-ориентированная терапия” он  рекомендует терапевтам избегать теоретизирования, психологических и социологических объяснений, а вместо этого предлагает импровизировать: “Взаимодействие, свободное воображение, импровизация создают атмосферу игры. Наличие в терапевтической работе игровой атмосферы - один из лучших показателей того, что клиент полностью задействует свои ресурсы. Там, где есть жизнь, много игры, узаконен абсурд, приветствуются эксперименты”.

Этот краткий экскурс в историю психологии, возможно, придаст вам смелость действовать в группах более естественно, поощрять спонтанное поведение участников, тем самым помогая им экспериментировать с собой.

 

Простые ориентиры

            В заключение я хотел бы изложить несколько наблюдений и принципов, которые представляются мне важными:

1.      В любом групповом процессе фазы спонтанного развития и стагнации сменяют друг друга.

2.      Стагнация возникает потому, что группа или ведущий не могут задействовать свои  ресурсы для решения  актуальной задачи.

3.      Задача ведущего – помочь группе эффективнее использовать имеющиеся у нее ресурсы. Важными условиями для этого являются взаимодействие с другими, возможность “включить” свое воображение и дать свободу интуиции.

4.      Эффективность групповой работы повышается, если ведущий сам проявляет спонтанность и воспринимает свои интервенции как эксперимент или увлекательную игру, в которых каждый может чему-то научиться.

5.      Очень хорошо, если участники время от времени отклоняют предложения ведущего, тем самым беря на себя больше ответственности.

6.      Успешная работа в группе – скорее искусство, чем наука. У ведущих всегда есть соблазн вести группу привычным образом, опираясь только на  теорию. Однако это существенно тормозит как профессиональный рост ведущего, так и развитие групп, с которыми он работает. 

7.      Освоение новых игр, упражнений и экспериментов открывает перед ведущим новые возможности. Чем дольше ведущий использует одни и те же процедуры, тем более привычными они для него становятся и тем сильнее его ожидания определенных результатов от их применения. Поэтому очень полезно видоизменять знакомые упражнения и использовать новые, чтобы у ведущих всегда оставался шанс относиться к происходящему с любопытством и удивляться тому, что получилось.

Я желаю вам, чтобы эта книга послужила стимулом для вашего профессионального развития и открыла новые возможности для вас самих и для участников групп, которые вы ведете.

 


Эта статья была опубликована 27 сентября 2009 г..
Поиск книг
по названию
по автору
по издательству
 
Вход




Действующая скидка
Отрывки из книг
Межрегиональная Ассоциация психологов-практиков "Просто Вместе"

АНО «Больничные Клоуны»