"
тел. 8 (495) 682-54-42
  
Книги по психологии
профессионалам - необходимы
остальным - интересны
ВОРОВСТВО В ШКОЛЬНОМ ВОЗРАСТЕ

Из книги: Психология детского воровства. Шипицына Л.М.

ВОРОВСТВО В ШКОЛЬНОМ ВОЗРАСТЕ

Проблема воровства по мере роста ребенка усложня­ется. То, что в раннем детстве является случайным эпи­зодом, ошибкой, у подростков — уже осознанный шаг, а то и вредная привычка, девиантное поведение.

В младшем школьном возрасте ребенок попадает в ситуацию постоянного оценивания, и не только со сто­роны взрослых (в первую очередь, учителей), но и со сто­роны одноклассников. Их оценки постепенно становят­ся более значимыми, нежели обыкновенные школьные, а иногда важнее, чем мнение родителей. Именно в этом возрасте наиболее активно происходит нравственное раз­витие маленького человека, освоение социальных норм, закладывается моральная основа личности. Теперь все зависит от шкалы предлагаемых ценностей. Чтобы за­воевать популярность и уважение сверстников, ребенок готов на многое. Особенно тот, у которого не все благопо­лучно дома. Если родители вечно заняты, им нет дела до его проблем и интересов, если они холодно относятся к нему, отвергают его, то школьник еще активнее будет искать утешения вне семьи, а здесь уж как повезет. Ка­кая компания попадется.

К типу воровства младшего школьника можно отнес­ти ситуации домашнего воровства, когда ребенок может украсть деньги или некую вещь, принадлежащую его родным или близким друзьям семьи. Чаще всего кражи такого рода совершают подростки и младшие школьни­ки, хотя истоки подобного поведения могут находиться в раннем детстве. Такое воровство — своего рода сигнал об эмоциональном неблагополучии семьи, неудовлетво­ренности каких-то жизненно важных потребностей ре­бенка.

К сожалению, особенную тревогу у родителей вызы­вают только те случаи, когда воровство начинает выхо­дить за пределы семьи. А ведь даже самый первый по­добный проступок — повод задуматься: все ли в порядке, не испытывает ли маленький член семьи дискомфорт в родственном кругу? Анализ работы с ворующими деть­ми подтверждает, что в их семьях наблюдается эмоцио­нальная холодность между родственниками. Такой ре­бенок либо чувствует, что его не любят, либо в раннем детстве пережил развод родителей, и, хотя отношения с отцом сохраняются, он наблюдает отчужденность, даже враждебность между мамой и папой.

Младшие школьники берут то, что им очень хочется иметь в данный момент: красивый ластик или яркий карандаш. И еще то, что они коллекционируют: яйца-сюрпризы, вкладыши, наклейки. Для подростков 11-13 лет украсть что-то в магазине — значит продемонстри­ровать сверстникам свою смелость, независимость и пре­небрежение. Девочка может украсть лак для ногтей, ко­торый не очень даже и понравился, мальчик тайком выносит из супермаркета музыкальные диски, не обращая внимания на их содержание. В школе младшие под­ростки воруют какую-то вещь у одноклассника, чтобы проучить его за то, что услужлив с учителем, лучше учится или просто не такой, как все.

Чаще всего — это спонтанный поступок, а не расчет­ливая кража по меркантильным соображениям. Млад­шие школьники еще не способны предвидеть послед­ствия действий, не понимают нравственного смысла нормы. Они не умеют представить переживания друго­го, когда тот лишается вещей. У подростков развиты чув­ства стыда и вины, но им еще трудно управлять своим поведением. Именно поэтому воровство всегда сопровож­дается ложью. Дети знают, что желание обладать силь­нее страха родительского гнева. С помощью лжи они пытаются избежать наказания.

Даже если школьник украл впервые, нельзя прини­жать значение такого поступка, утешать себя мыслью, что все пройдет с возрастом. Но и забрать украденное со словами «Никогда так больше не делай» — значит под­толкнуть его к тому же еще раз. Нужно взять себя в руки — не кричать, не грозить милицией. В идеале он должен вернуть в магазин (или одноклассникам) укра­денное (или возместить его стоимость) и принести свои извинения. Необходимо дать возможность вернуть вещь самостоятельно. Важно, чтобы ребенок не только почув­ствовал стыд, но имел шанс исправить свой поступок. И не следует наклеивать ярлыков: школьник взял чу­жое, но он не вор. Если же проступок повторяется не­однократно, это серьезный повод задуматься о том, что происходит в его отношениях со сверстниками или в его семье.

Интересно рассмотреть конкретный пример. Каждый день первоклассник Вова приносил из школы новую игрушку.

  Откуда это? спрашивала мама.

  Алеша дал.

На следующий день: «Аня подарила». Когда в доме скопилось уже немало подобных «подарков», грянул гром.

Ребята жалуются, сообщила учительни­
ца, что Вова шарит в их ящиках, залезает в
портфели. Разные вещи пропадают: игрушки, фло­мастеры...

Мама Вовы почувствовала, будто на нее выли­ли ушат ледяной воды. Первый порыв был устроить сыну разнос, накричать, отшлепать что­бы знал! Но, к счастью для Вовы, он не попался под горячую руку. А у мамы по дороге из школы домой созрело совсем иное решение... Вова был ошеломлен. Никогда еще он не видел свою мать в таком состо­янии. Молча, с каменным лицом прошла она мимо него, словно Вова пустое место. Молча собрала в большой пакет все трофеи сына, спросила сухо:

Еще есть?

Вова вынул из тумбочки несколько игрушек.

Завтра ты возьмешь этот мешок и раздашь
вещи тем, у кого взял.
Мама старалась гово­
рить спокойно, но в глазах у нее стояли слезы.
Вова опустил голову.
Мне никогда еще не было так стыдно!

Мать ушла в другую комнату, закрыв дверь. С тех пор прошло много лет.

Когда, остыв, я поговорила с сыном, вспо­минает Бовина мама, то, к своему изумлению, обнаружила, что он просто не понимает, почему нельзя брать вещи у одноклассников. Они же «свои люди», как мама и папа, а вовсе не чужие. Ведь у себя дома он может брать все что угодно!

Его поступок не был воровством, то есть созна­тельным и тайным присвоением чужого добра. Откуда он мог знать, что делать так нехорошо, если ему и не объясняли этого никогда: повода не было. У детей постарше (от 9 до 12 лет) воровство может быть связано с недостаточным развитием волевой сферы: на свое «хочу!» им трудно самим себе сказать «нет!». Таким детям трудно справиться с соблазном, хотя они испыты­вают стыд за свой поступок.

           В одной из московских школ три девочки, уче­ницы 4 класса, совершили кражу. Они, как говорит­ся, «свистнули» несколько колясок, оставленных у детской поликлиники. Шуму было много: выхо­дят мамаши с младенцами на руках, а транспор­тного средства нет. Поймать преступниц не со­ставило труда: они мирно играли крадеными колясками во дворе соседнего дома.

Конечно, девочки понимали, что поступают не­хорошо. Но они планировали вернуть коляски в тот же день. Пойманные с поличным, они быстро «раскололись», назвав номер школы, в которой учатся, свои имена и фамилии. А дальше началось самое страшное.

В школе устроили настоящий показательный процесс. Девочек поставили на сцену актового

зала, полного зрителей учеников разных клас­сов. Учителя по очереди выходили и клеймили «без­душных воровок», «жестоких обманщиц».

После собрания дети тыкали в них пальцем и кричали: «Воровки! Воровки!» Само посещение школы стало для них пыткой.

Конечно, каждую что-то не очень приятное ждало и дома. Только одна мама поступила не­стандартно: срочно перевела свою дочь в другую школу, подальше от старой. Остальные же приня­ли сторону учителей. Впоследствии две девочки так и пошли «вразнос»: начали пить, курить, ухо­дить из дому. Кто знает, возможно, тот самый школьный «урок» стал 'роковым и они поверили, что хуже их и быть никого не может... Детское сердце особенно ранимо. То, что для взрослого ерунда, проходящий момент, для ребенка подчас становится источником большого горя, поворотом на всю жизнь.

Золотое правило воспитания гласит: «Ругай наедине, хвали — при всех». Воровство — сор, который не следует «выносить из избы». Нельзя клеймить, красить образ в черный цвет: иначе порочный поступок может действитель­но превратиться в суть личности: «Мама говорит — значит, я такой!» А в подростковом возрасте уже звучит вызов: — Да! Обманщик, вор! Ну и что?

Одна из основных причин воровства в среднем и стар­шем школьном возрасте — отсутствие у детей денег на карманные расходы.

        «А зачем они ей? недовольно парировала воп­рос психолога женщина, чью дочь в классе стали подозревать в воровстве. Я сама знаю, что надо моей дочери, и у нее, поверьте, все есть: и хорошая одежда, и компьютер. Еще и деньги давать? Ну, не хватало!» В том-то и дело, что девочке-то ну­жен был не компьютер, а дешевенькие конфеты-сосульки, которые ее одноклассники на переменах покупали в киоске...

В каждом возрасте у детей — свои запросы. В 1-3 клас­сах всем хочется конфет в красивых обертках, жвачек, затем — разных игровых приставок, дальше — больше (вспомните, кому из нас в 9-10 классе не хотелось иметь джинсы?). Пусть эти всеобщие интересы и не всегда на пользу ребенку (вместо конфет и жвачек, конечно, по­лезнее фрукты и овощи), но родителям все же следует пойти у него «на поводу». Все эти периоды — жвачек, приставок и т. д. — быстро проходят, а вот чувство оби­ды за собственную ущербность (у всех есть, а у меня нет), желание обладать чем-то во что бы то ни стало могут при­вести к тому, что оставит след на всю жизнь — краже.

Некоторые психологи утверждают, что причиной дет­ского воровства может быть легкое отношение родите­лей к чужому труду (но это уже скорее вопросы психоте­рапевтов) или к мелким деньгам. Когда в доме постоянно разбросаны рубли и родители не устают повторять, что это не деньги, ребенок вскоре перестает ценить и тыся­чи. Он полагает, что все так относятся к деньгам, и пото­му вытащить у кого-то из кармана недостающую ему «мелочь» не считает преступлением...

Воровство в подростковом возрасте (12-16 лет) может быть связано с желанием получить острые ощущения, пережить авантюрное приключение, рискнуть.

Так, в литературе приводится пример разгово­ра с трудным подростком Сережей Ф., которого поставили на учет в милицию за совершение це­лой серии краж. Сережа был «форточником». От­крытая форточка служила ему дверью в чужие квартиры. Список украденных им вещей включал военный бинокль, пейджер, плеер, пару кроссовок, газовый пистолет. В общем, нельзя сказать, что Сережа обчищал квартиры.

   Неужели, удивилась психолог, все эти
мелочи стоят того, чтобы позорить себя, родите­лей?

   Дело не в вещах, махнул рукой Сережа.

   Тогда в чем?
Он оживился:

   Ну, понимаете, дух захватывает: лезешь
могут поймать, в квартире
хозяева прийти,
потом выйти незамеченным получится или
нет?

   В общем, риск, да? закончил психолог.

   Да! подтвердил Сережа.

   Шел бы тогда в летчики лучше! презри­тельно вставила Леночка, которая случайно услы­шала разговор.

Сережа опустил голову. Леночка ему очень нра­вилась.

Через месяц Сережа пошел учиться прыгать с парашютом, а потом поступил в летное училище.

Не стоит думать, что таких любителей приключений, как Сережа, единицы. Что заставляет мальчишек лезть

в чужой сад за яблоками, когда в своем — ветки ломят­ся? Азарт, острые ощущения.

Следовательно, мотивы воровства могут быть самыми разными. Прежде чем осуждать, нужно понять причи­ны. Свершившийся факт — еще не вина. Ведь есть слу­чаи, когда подростков силой или хитростью втягивают в порочный круг.

Приятели ловят на «слабо», взрослые запугивают уг­розами. Сейчас в школах, как в криминальных кругах, есть такое понятие — «поставить на счетчик». Подходит к тринадцатилетнему подростку шестнадцатилетний и говорит: «Ты мне должен тысячу рублей. Не отдашь — каждый день будет капать процент». Таким образом на­званная сумма неуклонно растет.

«Откуда же я возьму?!» — «У мамы с папой». Если жертва не отдает «долг», ее терроризируют и бьют. С этим явлением в школах бороться крайне сложно, поскольку ни учителя, ни родители ни о чем не подозревают: под страхом смерти жертвам запрещено жаловаться. Попа­дая в подобную зависимость, ребенок нередко начинает воровать: ему кажется, что, собрав необходимую сумму, он избавится от своих мучителей.

Какая бы беда ни случилась с ребенком, главное — не отворачиваться от него, дать ему шанс остаться Челове­ком. А если потребуется — дать такой шанс еще раз.

А. С. Макаренко в романе «Педагогическая по­эма» рассказывает, как одному из своих воспитан­ников прожженному вору и жулику доверил получить огромную сумму денег за всю колонию. Он намеренно послал мальчишку за деньгами одного. Когда, измученный внутренней борьбой и соблазном, тот все-таки принес деньги и попросил их пересчитать, Макаренко ответил:

Зачем? Я тебе верю.

Именно эта вера в своего ребенка, в то, что он хочет и может быть лучше, спасет его, убережет от рокового шага.

Эта статья была опубликована 10 февраля 2010 г..