"
тел. 8 (495) 682-54-42
  
Книги по психологии
профессионалам - необходимы
остальным - интересны
Сновидения

вернуться к описанию книги

Гештальт-самотерапия: Новые техники личностного роста. Шиффман Мюриэл

2. Сновидения

Фриц считал, что современный человек настолько ин­теллектуально ориентирован, ему так не хватает спонтан­ности, что только в сновидениях он может быть абсолютно искренним. С другой стороны, Гарри Стек Салливан утверж­дал, что к тому времени, когда мы начинаем вспоминать наши сны, мы уже успеваем их исказить. Исследования показывают, что пациенты непременно продуцируют фрей­дистские сны, юнгианские сны, адлерианские сны и т.д., стараясь соответствовать теориям своих терапевтов.

Мои наблюдения показывают, что люди, слишком погло­щенные анализом собственных сновидений, безответствен­ны в повседневной жизни. В общем, я против погружения в размышления в ущерб самоосознанию. Большинству из нас нужна поддержка, чтобы наблюдать за собственными про­вальными действиями в повседневной жизни, чтобы узна­вать ошибки, допущенные при решении проблем или в от­ношениях с другими людьми, не сбегая при этом в исследо­вание сновидений.

Но существуют два вида сновидений, работу с которы­ми я считаю полезной:

1) повторяющееся сновидение и

2)       сновидение, впечатление от которого остается в течение дня, вызывает депрессию, тревогу или навязчивые мысли.

Каждая часть сновидения — это вы. Проиграйте каж­дую роль: людей и вещей. Помните, что цель гештальт-самотерапии — пережить все части себя, особенно скрытые. Когда вы проигрываете сон и чувствуете некоторые эмо­ции настолько глубоко, насколько это возможно, когда они достигают пика и начинают остывать, точно перед тем, как они исчезнут, вы спрашиваете себя: «Что мне это напоми­нает?» и меняете героев сна на части своей личности.

Сновидение

Вдруг я вспоминаю, что забыла накормить и дать воды белым крысам в подвале, за которых отвечаю. Чувствуя страх и угрызения совести, я бегу вниз и вижу, что крысы лежат, распростершись на полу, пытаясь дотянуться до воды. Я чувствую жуткую жалость и отвращение. Я хочу помочь им дотянуться до воды, но не могу заставить себя прикоснуться к ним.

Крыса (лежа на полу). Мюриэл, спаси меня. Я умираю. (Про­тягивает лапки к воде.) Я не могу добраться до воды.

Мюриэл (плача). Бедное маленькое создание, я не могу кос­нуться тебя. Я хочу тебя спасти, но не могу.

Крыса. Пожалуйста, пожалуйста, помоги мне.

Мюриэл. Попробуй еще раз, я не могу дотронуться до тебя. Ты такая противная. Прости меня.

Крыса. Я слишком слаба. Я не могу. Мюриэл, помоги мне, дай мне воды.

Мюриэл. Ты такая жалкая, но у меня мурашки по телу от тебя.

Крыса (слабея). Умираю, умираю.

(В этот момент мне неожиданно видится, что крыса — это часть меня.)

Мюриэл 1. Я знаю, кто ты. Ты часть меня, жаждущая успе­ха. Я ненавижу тебя. Ты отвратительна.

Мюриэл 2. Я нуждаюсь, нуждаюсь. Не дай мне умереть.

Мюриэл 1. Ты ненасытна. Я устала тебя кормить. Прекрати меня обвинять.

Мюриэл 2. Дай мне, дай мне.

Мюриэл 1. Маленькое мерзкое создание, я знаю тебя. Каж­дый раз, когда я что-то заканчиваю, помогаю кому-то продвинуться в развитии, появляешься ты, торже­ствуя и радуясь успеху, как будто он имеет какое-то значение. Я терпеть тебя не могу. Я тебя ненавижу.

Мюриэл 2. Помоги мне, помоги.

Мюриэл 1. Я устала от тебя. Я хочу отдохнуть. Я больше не могу тебя кормить.

Мюриэл 2 (едва дыша). Я умираю.

Мюриэл 1. НУ И УМИРАЙ, черт с тобой (уничтожает Мю­риэл 2).

Мюриэл 2 умирает.

Я выросла из того, что мне было свойственно, чего много лет стыдилась, провела самотерапию своего страстного желания последних лет в признании, стремлении к высо­кому статусу и престижу в работе. Не знаю, когда произош­ла перемена, потому что последнее время я не обращала на это внимание. Но после гештальт-самотерапии я стала за­мечать, что больше не испытываю волнения, когда слышу похвалу или вижу одобрение руководства. Их слова прият­ны, но не более того. Я поняла, что наконец нахожусь там, где хотела быть: увлеченность работой и мои чувства к сту­дентам являются достаточными стимулами для обучения и усердной работы. Популярность и одобрение руководства перестали меня заботить.

Сновидение

Вдруг я вспоминаю, что отвечаю за ребенка и совсем об этом забыла. Я знаю, что у него есть молоко, но он нуждает­ся в дополнительном питании — яичных желтках и апель­синовом соке. Я чувствую ужасную вину и бегу на поиски ребенка (иногда он лежит в кроватке, иногда находится в темном сыром заброшенном подвале). Я чувствую большое облегчение и удивление, обнаружив, что ребенок улыбает­ся, сыт и доволен. Несколько раз я использовала свои старые техники са­мотерапии и смогла обнаружить чувство вины, связанное с переживанием, что я не очень хорошая мать.

А. Первый раз я применила гештальт-терапию для ана­лиза этого сновидения при первом посещении мастер-клас­са Фрица Перлза.

Мюриэл. С тобой все в порядке? Я беспокоилась. Извини, что забыла про тебя.

Ребенок (спокойно улыбается). Все прекрасно. Не беспо­койся. Мне очень хорошо.

(Фриц спрашивает, может ли ребенок встать и пойти.)

Ребенок. Я не хочу. Я даже сидеть не хочу. Мне нравится здесь. Мюриэл, не беспокойся обо мне.

Я была удивлена, но не поняла значение произошедше­го. После первого мастер-класса с Фрицем я начала экспе­риментировать с гештальт-терапией.

Б. В следующий раз, когда мне приснился этот сон, я по­пыталась понять, какую часть меня представляет ребенок.

Мюриэл. Слава Богу, ты жив и здоров. Я так беспокоилась о

тебе. У тебя было только молоко, ты был заперт в этом

подвале без свежего воздуха.

Ребенок. Ты моришь меня голодом. Мне нужны яйца и апельсиновый сок.

Мюриэл. Но ты выглядишь здоровым и довольным.

 Ребенок. Да, я могу выжить на молоке, но я не могу расти и развиваться. Мне нужна другая еда.

(Здесь я вспоминаю свои результаты по психологическо­му тесту: «Креативна, но может быть более креативной, если не будет так стремиться к конкретным результатам... вре­менами подавляет потребность в ориентации на собствен­ный внутренний мир, например, в погоне за артистически­ми успехами». Я заменяю ребенка на маленькую Мюриэл).

Маленькая М. У меня полно молока, есть книги и самоува­жение, истоки которого в любви и успехе. Но ты слишком занята, чтобы накормить меня настоящей пищей, поэтому я не могу расти. Я не могу творчески проявить себя.

Мюриэл. Что ты хочешь, что тебе нужно, чтобы вырасти?

Маленькая М. Ты знаешь, что мне нужно. Ты знаешь это с тех пор, как прошла те тесты. Мне нужны развлече­ния, музыка, танцы, прогулки на природе.

Мюриэл. Я знаю, но у меня нет времени.

Маленькая М. Перестань так много работать. Перестань так много думать. Ты поступаешь со мной нечестно. От­кажись от своих навязчивостей. Позаботься обо мне наконец, черт побери.

Мюриэл. Я заботилась о тебе. Где бы ты сейчас была, если бы не я? Пока ты жила в приемных домах, я выросла и научилась разбираться в людях. Я была твоим родителем. Не надо меня обвинять теперь. Я ничего не могу сделать с тем, что так много думаю.

В. В следующий раз я продолжила работу с этим сном на другом мастер-классе Фрица. В этот раз Фриц попросил меня поговорить со сном.

Мюриэл. Прекрати преследовать меня. Оставь меня в покое.

Ребенок. Ты отвергаешь меня. У тебя нет на меня времени.

Мюриэл. Где бы ты была без меня. Я была тебе отцом и ма­терью. О, Боже! Я говорю как мой отец (громко смеюсь). Это его голос.

Отец. Я был тебе отцом и матерью. Будь благодарна.

Мюриэл. Это ложь. Что ты для меня сделал? Ты все время оставлял меня с чужими людьми. Все эти годы я была одна.

Отец. Но я тебя навещал в выходные.

Мюриэл. Да, большое дело ты сделал! Ты никогда не интересовался, как у меня дела, что произошло за неделю.  Ты просто закрывал глаза на все. Я сумела прожить  эти годы без тебя. (Возвращаюсь к ребенку.)

ребенок. Я сумел прожить эти годы без тебя. Ты мне не нуж­на. Я прекрасно себя чувствую один. Не будь дурой. Перестань пытаться понять меня. Я здоров и счастлив.

фриц. Ребенок — это самая здоровая часть в вас.

Шаг за шагом я начала меняться. Некоторые изменения были сознательными решениями, некоторые случились сами собой. Я стала покупать больше музыкальных запи­сей, стала чаще танцевать. Я стала давать ребенку, моей не размышляющей части, больше свободы. Я стала более эмо­ционально включенной на собственных воркшопах, боль­ше доверяя своей интуиции и меньше полагаясь на компь­ютер в голове. Эффективность моих воркшопов для студен­тов заметно возросла. В конце концов Фриц оказался прав: ребенок — это самая здоровая часть меня, в работе с людь­ми мои чувства полезнее моих мыслей.

Эта статья была опубликована 03 декабря 2009 г..