"
тел. 8 (495) 682-54-42
  
Книги по психологии
профессионалам - необходимы
остальным - интересны
Описание тяжелых форм страха, паники и фобий

вернуться к описанию книги

Страх, паника, фобия: Краткосрочная терапия. Нардонэ Дж.

Глава 1

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПРОБЛЕМЫ И МЕТОДОЛОГИЯ

Все то, во что верят, существует, и только это.

Гуго фон Гофмансталь

1. Проблема: определение и/или описание тяжелых форм страха, паники и фобий

Типы проблем, рассматриваемые в этой книге, заслужи­вают обстоятельного пояснения, поскольку с помощью тер­минов «страх», «паника» и «фобия» описывается так много психологических и поведенческих «реальностей», что они кажутся несогласованными между собой. Зачастую это про­исходит из-за того, что они опираются на различные теории. «Если хорошо посмотреть, то «страх» является лингвисти­ческой этикеткой, которой мы маркируем разные вещи, в зависимости от теоретического подхода и исследователь­ских инструментов. Физиологические показатели, выраже­ния лица, поведенческие черты, субъективный опыт обус­лавливают тот факт, что каждый единичный рассказ о стра­хе становится рассказом наблюдателя, который, опираясь на свои собственные «карты», выстаривает, деля на сегмен­ты, то, что он видит, и помещает увиденное на различные уровни реальности» (Salvini, 1991, 12). Например, одна и та же определенная форма страха может быть описана:

а) психоаналитиком как результат нерешенной «детс­кой травмы»;

б)    бихевиористом как форма обучения и социальной
обусловленности;

в)    семейным терапевтом как результат неправильного
функционирования семейных отношений;

г)     когнитивистом как вид реакции на способ привязан­
ности и разделения;

д)     экзистенциалистом как выражение тревоги бытия.
Все эти различия во взглядах на проблему заставляют

вспомнить об индийской метафоре о четырех слепых вок­руг слона. Каждый из слепых может ощупывать доступную ему часть слона и не может видеть его целиком, но при этом утверждает, что именно его «реальность» верна в описании того, как устроен слон. Таким образом, для одного слон — это нечто длинное и эластичное, хобот; для второго — это массивная груда мяса, бок; и так далее в соответствии с ог­раниченным восприятием тела слона. С точки зрения стра­тегического подхода к возникновению, функционированию и решению человеческих проблем (Watzlawick, 1974; Нардонэ, Вацлавик, 2005; Nardone, 1991), все эти различия не име­ют большого значения, поскольку относятся к интерпрета­циям этого типа проблем, которые не только совершенно не помогают разрабатывать эффективные способы их реше­ния, но часто представляют лишь определенное — ограни­ченное или художественно-описательное — видение пробле­мы. Если же применять посылки современной эпистемоло­гии конструктивизма (von Glaserfeld, von Foerster, Watzla­wick, 1981), то человеческие проблемы рассматриваются как продукт взаимодействия субъекта с реальностью, и более конкретно — как результат того, «каким образом» каждый человек воспринимает реальность в зависимости от «перс­пективы» восприятия проблемы, от используемых инстру­ментов познания и от типа используемого им языка. Подоб­ная сложная система восприятия и осмысления нас самих, других людей и окружающего мира формирует представле­ние об окружающей действительности, которое, в случае, если человек страдает каким-либо расстройством, приводит к нефункциональным реакциям на воспринимаемую соответствующим образом реальность. Это определяется нами как «перцептивно-реактивная система»* человека.

Нас интересует конкретное функционирование пробле­мы, ее процесс и динамика, открытие и изучение прису­щих ей правил и функций и последующая разработка эффективного и быстрого решения: то есть нас интересует «как» функционирует проблема, а не почему она существу­ет. Подобный сдвиг точки зрения позволяет сконцентриро­ваться на разработке быстрых и эффективных способов решения проблемы, не теряя время на трудоемкие, не слиш­ком достоверные и совершенно бесполезные поиски пред­полагаемых «причин» существующей проблемы. С этой точки зрения выявление проблем осуществляется эмпири­ческим образом, опираясь на отчет пациента и его близких и на то, что в ходе взаимодействия терпевта с пациентом/ пациентами определяется как проблема, которую надо ре­шить". Следовательно, диагностика тяжелых форм фоби-ческих расстройств, использованная в данной работе по применению исследования-вмешательства, получена не­посредственно из отчетов пациентов, не прибегая при клас­сификации к какой бы то ни было форме интерпретации данных. В выборке субъектов, на которой проводилось дан­ное исследование, были представлены различные типы проблем, основанных на страхе, панике и фобиях.

Общим для всех субъектов выборки было то, что все они были не способны вести самостоятельный и независимый от близких им людей образ жизни, поскольку не могли зани­маться различными видами деятельности, не испытывая при этом страха или фобических состояний. Приводимые кли­нические случаи, что очевидно для специалиста, точно соот­ветствуют диагностической дифференциальной классифи­кации DSM III R (Руководство по диагностике и статистики психических расстройств, пересмотренное и дополненное), определения из которого мы процитируем. В нашей клини­ческой практике мы, тем не менее, предпочитаем избегать «этикеток», типичных для психиатрической классификации психологических проблем, дабы избежать их влияния в виде эффекта «самореализующегося предсказания» на субъек­та, к которому они применяются. В клинической практике мы сознательно используем вместо термина «болезнь» тер­мин «проблема», из-за его положительного смысла, который не обязательно ассоциируется с патологией. Использование в разговоре с пациентом термина «проблема», вместо того чтобы говорить о болезни, позволяет построить терапевти­ческую реальность, ориентированную на решение (всем известно, что проблемы существуют для того, чтобы их ре­шать). Этот маневр комуникации представляет собой пере­определение расстройства и часто имеет свойство самого настоящего терапевтического вмешательства в силу своей способности депатологизировать симптом. Тем не менее, в данном случае мы считаем важным соотнестись с диагнос­тической классификацией психологических расстройств, принятой на международном уровне сообществом ученых, с целью систематической оценки результатов нашего иссле­дования-вмешательства. Поскольку данная работа являет­ся не просто терапевтическим вмешательством, а представ­ляет собой вклад в распространение знаний и должна быть сопоставима с другими научными исследованиями, мы здесь будем пользоваться терминологией, которой мы, конечно, не употребили бы в ситуации клинического вмешательства.

После этого необходимого пояснения касательно терми­нологии, ставшего необходимым в силу того, что в фазе те­рапевтического вмешательства — где комуникация явля­ется инструментом и проводником вмешательства — ис­пользуется другой язык, чем тот, что употреблен нами в фазе изложения, в контексте которой комуникация является пе­редатчиком знаний и опыта, мы можем привести класси­фикацию DSM III R, относящуюся к тем типам проблем, которые мы изучали.

 

Эта статья была опубликована 25 ноября 2009 г..
Поиск книг
по названию
по автору
по издательству
 
Вход




Действующая скидка
Отрывки из книг
Межрегиональная Ассоциация психологов-практиков "Просто Вместе"

АНО «Больничные Клоуны»