"
тел. 8 (495) 682-54-42
  
Книги по психологии
профессионалам - необходимы
остальным - интересны
МОЗГ И РЕЧЬ

Из книги: Аномалии речевого развития. (В помощь родителям)
Визель Т.Г.

 

МОЗГ И РЕЧЬ

Головной мозг — орган, который управляет всем, что происходит в нашем организме, и нашим поведением. Речь зарождается в мозге, а затем определенные сигналы передаются на исполнительные органы, из которых главный — язык, хотя есть и другие — губы, зубы, небо, гортань, бронхи, трахея. Язык является как бы символом воспроизво­димой человеком речи, на него падает основная нагрузка. Оттого и говорят: язык работает хорошо или язык работает плохо.

Продолжением головного является спинной мозг. Вместе они составляют центральную нервную систему (ЦНС). Между спинным и головным отделами мозга нет никакой перегородки. Это единая сис­тема, с единым энергообменом. Принципиально важным является то, что она имеет вертикальное строение, и то, что головной мозг получа­ет со стороны спинного восходящее снабжение нервной энергией. Различного рода деформации ЦНС приводят к нежелательным ос­ложнениям в этом важном процессе, т.е. к обеднению активирующих влияний на кору мозга. Поэтому с самых первых дней рождения ре­бенка следует тщательно отслеживать, нет ли визуально заметных повреждений позвоночника и, прежде всего, шейных отделов, кото­рые чаще других травмируются при родах. Наличие таких поврежде­ний может приводить к осложнениям не только физического, но и психического развития.

Врачи, логопеды, психологи часто спрашивают у родителей, ко­гда ребенок стал держать головку (норма — 2-2,5 мес), когда он сел (норма — 6 мес), когда пошел (норма — от 10 мес. до 1 года). В этом случае их интересует не только здоровье ребенка, но и то, был ли нормативным процесс вертикализации. Если ребенок удерживает го­ловку, значит, головной мозг получает больше нервной энергии, чем в лежачем положении. Ребенок сел — восходящая активация еще более усилилась, стал на ножки — протяженность вертикали увеличилась и, следовательно, появилось больше оснований для активного включе­ния структур мозга, от которых зависит психическое развитие в целом и речевое, в частности. Состояние спины у ребенка и в дальнейшем важный показатель степени сформированности ряда мозговых функ­ций, прежде всего, внимания, выносливости. К сожалению, этому факту не придается должного значения, а причины невнимательности, утомляемости, истощения ребенка ищут в другом.

Еще один вопрос, имеющий прямое отношение к вертикализа­ции — пеленание. Традиционно детей принято пеленать, а традиции не складываются без веских причин. Пеленание — не исключение. Оно способствует укреплению вертикали ЦНС, а следовательно, и нормальному взаимодействию между ее спинным и головным отде­лами. С другой стороны, ряд ученых и практических докторов счита­ют, что пеленание вредно. Обоснования этому утверждению даются следующие: это не физиологично, уменьшается поверхность теплоот­дачи, нарушается нормальное кровообращение и, как следствие, стра­дает нервно-мышечная система, повышается степень риска к врож­денному вывиху бедра (в отличие от детей, которых носят с раздви­нутыми ножками). Кроме того, в ребенке, как считают они, заглуша­ется естественный «инстинкт свободы», закладывается привычка подчиняться, затрудняется поиск своего «Я» и т.п. Как видим, аргу­ментов много, и они достаточно серьезны. Но попробую возразить.

Так ли плохо, что у пеленаемых детей временно ухудшается теп­лоотдача? А может, это один из путей раннего закаливания.

Мышцы и бедра совсем не обязательно должны пострадать от пеленания: они могут получить все, что им необходимо, во время бодрствования ребенка, когда держать его обездвиженным совсем ни к чему.

А насчет помех «инстинкту свободы» и поисков «Я» и вовсе спорное утверждение. Во-первых, «инстинкт смирения» не менее ва­жен, чем «инстинкт свободы». А во-вторых, от пеленания до призна­ков личности, до этого самого «Я» ох как далеко. Гораздо важнее, чтобы нервная система, ее анатомические и морфологические пара­метры были максимально правильными. К тому же известно, что пе­ленание успокаивает ребенка, помогает ему уснуть, а это имеет в младенчестве первостепенное значение.

Прямой, недеформированный позвоночник с окрепшими благо­даря пеленанию межпозвоночными дужками чрезвычайно важен для речевого и других видов психического развития. В период вертикали-зации ЦНС (сидения, стояния, ходьбы) он обеспечивает необходимое по интенсивности снабжение головного мозга нервной энергией.

Кроме того, в младенческом возрасте основной заботой в плане правильного психического развития является активизация всех анали­заторных систем ребенка (органов чувств). Анализаторы у маленьких детей — основные анналы, по которым он контактирует с внешним миром. Анализаторов у нас пять, и каждый из них вносит свой специ­фический вклад в развитие ребенка.

Различного рода прикосновения (поглаживания, легкие похлопы­вания, прижимание к себе и пр.) обращены к тактильному анализатору. Кожа (рецептор) воспринимает прикосновения и по проводя­щим путям передает сигналы в теменные доли мозга. Потом на этой основе формируется способность узнавать, различать что-либо на ощупь. В функции зрелого темени (в более позднем возрасте) входит способность освоить самые сложные объекты познания, связанные с понятиями количества (а значит, и счета), пространства и времени. Советы типа: не брать малыша на руки, — не оправданы. Прикосно­вения ему необходимы.

Вкусовые и обонятельные ощущения способствуют активизации определенных отделов височных долей мозга. Способность различать вкусовые и обонятельные сигналы вносит свой вклад в психическое развитие ребенка — обогащает, нюансирует впечатления, получаемые из внешнего мира. Однако они не так важны для современного чело­века, как слуховые. Основная площадь височных долей ответственна за слуховые функции. Все, что ребенок слышит, способствует его со­зреванию. Благодаря работе слуховых отделов височных долей мозга мир звучит для ребенка все богаче, что, в свою очередь, приближает его к сложным звучаниям — музыке и речи.

Зрительные впечатления необходимы для созревания затылоч­ных зон мозга, где расположена зрительная кора. Ребенок видит предметы, людей, учится находить сходство и различие между ними, учится представлять то, что видел мысленно, связывает зрительные образы со словами и т.п.

Понятно, что взрослые должны обеспечить ребенку возможность соприкосновения с качественными анализаторными стимулами в дос­таточном объеме. Это теплые личностные взаимоотношения, предпола­гающие ряд принятых телесных контактов: полезная и разнообразная еда, имеющая различные вкусовые оттенки; созерцание природы с ее пейзажами, растительным и животным миром, запахами; ознакомление ребенка с образцами изобразительного искусства, с красивой, разнооб­разной по жанрам музыкой. Они «отпечатаются» в клетках мозга ре­бенка, даже не будучи понятыми им, и сохранятся там. Когда-нибудь потом, когда ребенок услышит, увидит их снова, ему будет гораздо легче справиться с задачей сознательной переработки этих образцов, а значит и пополнить свой культурный багаж. Не менее важно и то, что все это окажет положительное влияние на развитие его речи. Увиден­ное, услышанное, осязаемое, обоняемое переработается в речь и будет выражено словами. Таким образом, зоны, имеющие отношение к речи, многочисленны и распределены по отдельным областям мозга, распо­ложенным в обоих полушариях и внутри них. И чем взрослее ребенок, тем меньшее число нервных клеток требуется ему, чтобы что-то ска­зать. Правое полушарие уступит речевую функцию левому, которое так и обозначается — речевое. Естественно, правое полушарие не полно­стью освобождается от участия в речевых процессах, но становится вспомогательным, действует на «вторых ролях».

Над анализаторами надстраиваются зоны, совокупность ролей которых напоминает сложнейший компьютер, способный выполнять множество разных операций. Это необходимо для осуществления сложных ВПФ, в том числе и речи, которая требует участия не одной, а нескольких речевых зон. Благодаря одним из них мы понимаем речь, благодаря другим — произносим звуки речи, третьим — пом­ним и говорим слова, четвертые обеспечивают нашу способность строить предложения, пятые ответственны за чтение и письмо. Есть и такие, от которых зависит владение сложными словами и оборотами речи — синонимами, метафорами и т.п.

Принято считать, что за речь отвечает исключительно кора мозга. Действительно, в основном, это так. Однако помимо коры для разви­тия речи чрезвычайно важно состояние других отделов мозга, в част­ности, подкорки. Среди разнообразных функций, осуществляемых подкоркой, важное место занимают двигательные координации. Лю­бое движение тела должно быть: «пластичным», т.е. мышцы должны плавно принимать необходимую конфигурацию; метричным, т.е. со­размерным; ритмичным. В отличие от сложного коркового ритма подкорковый отличается простотой, элементарностью. Чтобы понять особенность подкоркового ритма, достаточно представить себе наших пращуров, прыгающих вокруг костра под барабанный бой. Ребенок проходит все стадии развития человечества, следовательно, и эту, элементарно-ритмическую, тоже. Более того, не овладев таким рит­мом, ребенок просто не в состоянии развиваться дальше, поскольку ритмические действия оказывают мощное активирующее влияние на все отделы мозга. Подкорковым ритмом, в отличие от музыкального, должны владеть все люди. Он является базисным для всего, и для ре­чи тоже, причем для всех трех отделов речевого аппарата: дыхатель­ного, голосового, артикуляционного.

Элементарный подкорковый ритм поставляется мозгу автомати­чески многими системами нашего организма: мы ритмично дышим, ритмично бьется сердце, ритмично сокращаются стенки кровеносных сосудов, кишечника, ритмично протекает акт сосания в процессе вскармливания грудного ребенка. При этом следует учитывать, что сосательные движения необходимы ребенку только в течение первого года жизни. Как и другие ритмические действия, они активизируют работу мозга, однако позже могут оказать обратное, тормозное влия­ние. Иногда кормящие мамы получают такой совет: «Кормите сколько хотите, чем дольше, тем лучше. Это укрепляет иммунную систему». Не берусь судить о пользе, которую ребенок получает от материнского молока как продукта питания, но то, что длительное сосание (после первого года жизни) имеет отрицательные последствия для психиче­ского развития ребенка, очевидно. Во-первых, деформируется прикус, что осложняет овладение звукопроизношением. Во-вторых, нервные процессы начинают протекать несколько замедленно. Аналогичным образом действуют и физиологически близкие к сосательным жева­тельные движения. В одной из американских школ проведен такой опыт: детям младших классов в момент утомления давали жевательную резинку. Аппаратурно (ЭЭГ-исследования) было зафиксировано, что 10 мин. жевания активизируют мозговые процессы, а превышение это­го времени вызывает их замедление и инертность. Таким образом, не стоит рано переводить ребенка на кормление с ложечки (недобор соса­тельных движений) и в то же время не стоит затягивать период вскарм­ливания грудью или ее искусственными аналогами (пустышки).

В задачу отслеживания процесса овладения корковым ритмом следует включить и наблюдение за тем, были ли ритмичными гуле­ние, лепет, ползал ли ребенок, приседал ли ритмично в кроватке, ма­неже, держась за спинку, ритмичны ли его ходьба, бег. Все это влияет на психоречевое развитие ребенка.

Кора мозга состоит из различных по функциональным ролям об­ластей — зрительных, слуховых, обонятельных, вкусовых, тактильных. Их анатомическое повреждение, особенно врожденное или раннее, приводит к серьезному дефекту — отсутствию анализаторной системы. Наиболее значимы такие дефекты как слепота и глухота, так как без зрения трудно приспособиться к условиям жизни на земле, а без слуха — овладеть главной из высших психических функций — речью.

В процессе развития ребенка зоны мозга, имеющие различную специализацию, связываются между собой нервными цепями. Это обеспечивает приобретение важнейших ассоциаций: слухо-зритель-ных, зрительно-тактильных и др. Такие ассоциации лежат в основе мышления, памяти, т.е. главных функций человека.

Кора головного мозга делится на левое и правое полушария, ко­торые функционируют по-разному. Принято считать, что каждое по­лушарие обладает своим самосознанием. Это обусловило появление термина — полушарная асимметрия.

Для того чтобы правое полушарие функционировало, оно должно соприкоснуться с действительностью непосредственно (чувственно). В этом случае в нем возникают целостные образы разных предметов действительности и их символы (гештальты). Весьма важно, что они носят индивидуальный характер. На этом удивительном свойстве правого полушария — отражать мир индивидуально — зиждется, во-первых, личностное разнообразие людей, а во-вторых, вся творческая деятельность. Разве кому-нибудь интересно, чтобы разные поэты пи­сали одинаковые стихотворения, художники рисовали одинаковые картины, музыканты сочиняли одинаковую музыку, а ученые откры­вали одно и то же?

Левое полушарие, напротив, функционирует по принципу абст­рагирования от чувственных стимулов. Результатом его деятельно­сти является освоение знаков. К таковым относятся, например, звуки речи, слова, буквы, цифры, геометрические фигуры, различные ма­тематические, геометрические, алгебраические знаки и т.п. Основ­ной способ деятельности левого полушария — создание схем, клас­сификаций, понятий, суждений, т.е. логических правил, в том числе и речевых.

Из сказанного понятно, что правое полушарие имеет большее отношение к искусству и рождению новых идей вообще. А левое — более тесно связано с наукой. Способности к искусствам или науке могут быть врожденными. Они выступают в виде задатков, которые могут проявиться или так и остаться нереализованными. Решающее значение здесь имеет среда, в которой живет, воспитывается и обуча­ется ребенок.

Следует также заметить, что врожденная склонность к наукам или искусствам не освобождает ребенка от необходимости овладеть основными знаниями, предусмотренными школьной программой. Она должна быть доступна любому не аномальному ребенку, независимо от преобладающей активности того или иного полушария.

Эта статья была опубликована 13 октября 2010 г..